Случайное фото

Радужные мечты и реальность «Восточного партнерства»

Дискуссия, развернувшаяся на круглом столе «Восточное партнерство». Перспективы. Риски и вызовы для Беларуси», который прошел в Минске 28 ноября, показала неоднозначность позиции экспертного сообщества по многим вопросам. А вопросов было много.

Основной проблемой для нас является то, что не мы предложили этот формат, и теперь не знаем, что с ним делать? Именно по этой теме развернулась неострая полемика. Неострая потому, что среди собравшихся, даже либералов и оппозиции, все были евроскептики. Кому вообще нужно европейство без членства, и стоит ли за тридцать сребреников (виза для белорусов на 30 у.е. дороже, чем для россиян) идти на сдачу национальных интересов? Действительно, а почему виза через западную границу СССР, - не надо забывать, что мы взаимодействуем с ЕС по старому договору СССР от 1989 года, - 60 у.е., а для россиян в два раза меньше? Мы то ввели безвиз - пошли навстречу, но оказались не услышанными, наших чувств не поняли и не оценили, вот такая вот безответность любви, которую не мы первыми не предлагали. А вот подарки в виде газа от России, только за теплые чувства, оказали значительное влияние на рост белорусской экономики в свое время. Все-таки с нефтью и газом чувства становятся теплее. Нужно ли нам менять рынки сбыта на радужные обещания, когда никто нас в Европе с нашей сельхозпродукцией, а тем более с нашими товарами не ждет?

Европейские партнеры сами до конца не понимают, для чего им сегодня нужно «Восточное партнерство», которое они задумали после государственного переворота Гобачева? Возможно, они руководствовались известной фобией: что «советскому человеку хорошо, то европейцу смерть» и решили не спешить вступать на восточные территории без предварительной трансформации государственного устройства и идеологической работы с населением? Возможно, евроинтеграторы понимали, что у них нет исторического опыта быть надежным оплотом дружбы народов, а тем более оплотом одинакового счастья этих народов. Просто нет такого исторического опыта и все, о чем свидетельствует лоскутная карта Европы. Народы, привыкшие жить в дружбе, счастье, иметь бесплатное жилье, образование, медицину да еще получать дотации и недорогие энергоресурсы, не согласятся пойти на непопулярные реформы, внедрять либеральный рынок, построенный на принципах социал-дарвинизма, а тем более разрушать свои веками сложившееся традиции, отказываться от семейных ценностей, культуры. Ну не были эти народы колониями, привыкли жить вольготно и свободно, ни в чем себе не отказывать ради монополий и их сателлитов.

Нужно четко понять, кто и как отвечает на предложение участвовать в «Восточном партнерстве»: государства, люди, народ, олигархи, бизнес. Государственные интересы редко совпадают с интересами гастарбайтера, который готов продать свой труд за любые деньги и на любых условиях; для которого безвиз – это фетиш, которому он готов приносить любые жертвы. Сегодня украинцы пополняют европейскую демографическую брешь в рабочей силе – высококвалифицированной, дешевой, неприхотливой, белой. Бывшие советские республики Прибалтики уже знакомы с тем, что такое вымирание по-европейски, когда оставшимся в стране старикам некому воды подать, т.к. вся молодежь обеспечивает процветание и благополучие более эффективных собственников европейского рая.

Второе, о чем не подумали идеологи «Восточного партнерства» - это то, что солянка, которую они намешали, не может существовать без принципов, которыми Европа никогда не обладала – создание равных условий для всех.

Как можно объединить Армению и Беларусь, Грузию и Украину? Это регионы с отличными друг от друга традициями и культурой, экономическим укладом. В СССР эта проблема решалась посредством плановой экономики. Неужели Брюссель надеется, что бывшие советские республики будут подчиняться ему беспрекословно? Евромечтатели вообще себе представляют, какие суммы нужно вложить в такой вариант региона «Нью медиан Ёроп» для налаживания инфраструктуры?

Многих участников «Восточного партнерства» уже стало раздражать отсутствие конкретных проектов и капиталовложений на взаимовыгодных условиях: «не учите нас жить, лучше помогите материально». А нам предлагают какую-то остапбендерщину – «идеи наши - бензин ваш», а те скудные средства, которыми бесславится «Восточное партнерство», распиливаются налету самими же европейскими евроинтеграторами.

Сейчас Брюссель понял, что сплотить регион «от моржа до моржа» на своих идеях и без «бензина» не получается, да и европейская мечта показала свое истинное уже давно непривлекательное лицо, поэтому формат взаимодействия может перейти на непосредственные свидания с каждым из участников, а это уже совсем другой формат.

Если подвести итог тому, что говорилось на круглом столе, то мы, белорусы, для себя не видим радужных перспектив в данном формате. Если Беларусь делает ставку на сильное государство, а не на гражданское общество, на традиционные ценности, а не на разгул либеральной вакханалии, если суверенитет для нас - самое главное, без чего невозможно государственное строительство, основанное на национальных принципах, то нам не по пути. Поэтому «Восточное партнерство» пока необходимо только как площадка для диалога не только для нас, но и для Евразийского экономического Союза: мы все-таки несем моральную ответственность за западную границу СССР, за которую было отдано в три раза больше жизней, чем сегодняшнее население РБ. Duralexsedlexи мы не можем нарушать общепринятые нормы международного права под предлогом каких-то сомнительных партнерств на словах: «мир, дружба, жвачка» и радужные гендерные фантазии.

Юлия Чирва

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить