Случайное фото

Минское Братское воинское кладбище 1914-18 г.г.
Минское Братское воинское кладбище героев Великой войны 1914-18 г.г. было основано в Минске 29 ноября 1914 г. по предложению генерал-лейтенанта Павла Андреевича Смородского (1856 – после 1917) – управляющего Александровского комитета о раненых. Он «повергал на Высочайшее благовоззрение пожелание о том, чтобы умирающие войны были хоронены в каждом городе лишь на определённом кладбище и в одном месте. Впоследствии такие кладбища могут быть обсажены деревьями, обнесены оградой и будут представлять собой особые братские кладбища... Такие братские кладбища будут напоминать будущим поколениям о жертвах Великой Европейской войны». Идея нашла поддержку, и в Минске территорию под захоронения павших героев выделили между Виленским и Долгиновским трактами. В 1915 г. там был возведен небольшой деревянный храм.
 
Скульптура ангела у входа на Минское Братское воинское кладбище                Генерал-лейтенант П. А. Смородский     

Скульптура ангела у входа на Минское Братское

воинское кладбище

  Генерал-лейтенант П. А. Смородский

На территории Восточной Европы сейчас существует только одно поддерживаемое в идеальном порядке Братское кладбище героев Великой войны 1914-18 г.г. – Рижское. Оно является одним из наиболее значимых мемориальных объектов столицы Латвии. К сожалению, Братские кладбища в странах Русского Мира были безжалостно снесены после революции 1917 г. Московское Братское кладбище, основанное в феврале 1915 г., перестало существовать уже в 1932 г., Минское – в конце 1940-х (храм снесли еще раньше). На территории кладбища разместили Птичий рынок, который действовал до первой половины 1990-х. В 2000-х г.г. территория кладбища начала благоустраиваться, однако этот процесс, к сожалению, сильно затянулся. К тому же часть бывшего погоста уже успели застроить жилыми домами.


 
 
Кладбище делилось на 12 участков. Всего на нем похоронено около 5 тысяч человек. К сожалению, имена большей части из них на данный момент неизвестны. В настоящее время в Российском Государственном Военно-историческом архиве (Москва) хранятся списки только 2180 воинских чинов, погребенных на кладбище, из них поименно известно 1955. В основном погребения в этих списках датированы началом 1915 – серединой 1916 г.г. Возможность ознакомиться с этими архивными документами и обработать их нам любезно предоставил военный историк Андрей Каркотко (г.Вилейка).

Для погребения офицеров и военных чиновников Русской Императорской армии предназначался 1-й участок кладбища. Из списков РГВИА следует, что на кладбище был похоронен 41 офицер и военный чиновник, в том числе 1 полковник, 1 подполковник, 1 капитан, 1 штабс-капитан, 3 поручика, 28 прапорщиков, 2 зауряд-капитана, 1 статский советник, 1 коллежский советник и 1 коллежский асессор. Тела 8 из них (статского советника, подполковника, капитана, 2 поручиков и 3 прапорщиков) затем были вывезены родственниками для перезахоронения на родине.

Надо сказать, что среди погребенных на Минском кладбище – не просто офицеры, а офицеры-герои. Так, князь Илья Васильевич Челокаев (Чолокашвили), прапорщик 301-го пехотного Бобруйского полка, был удостоен ордена Св.Георгия 4-й степени посмертно. В описании подвига сказано, что 9 сентября 1915 г. сводная рота под командованием Челокаева наткнулась на противника: «Около 4 часов дня головная застава была встречена внезапно с 300-400 [метров или шагов] сильным ружейным и пулеметным огнем с позиций противника у опушки леса, что к югу д. Баранцы. Князь Челокаев не растерялся, лихо бросился с криком "ура" вперед с ротой в штыки. Челокаев бежал впереди роты, первым добежал до неприятельского стрелявшего пулемета, ударил шашкой по голове [немца] и вместе с подбежавшими людьми роты взял этот пулемет. Натиск был настолько дружен и энергичен, что противник дрогнул и бросился бежать. В этом было взято 2 пулемета, повозка, 6 человек пленных, 30 ящиков пулеметных лент, убито немцев - 2 офицера и 15 нижних чинов. Наши потери: 1 убит и 5 ранены нижних чинов». В ночь с 11 на 12 сентября 1915 г. герой-офицер был смертельно ранен во время ночной атаки на деревню Боровцы.


Штабс-капитан 4-го Туркестанского стрелкового полка Евстафий Данилович Урсуленко (20.9.1873, Кишинёв – 16.7.1915, близ Минска) был кавалером сразу нескольких почетнейших боевых наград – четырех степеней Знака Отличия Военного Ордена (получены в 1899-1905 г.г.), орденов Св.Анны 4-й степени, Св.Станислава 3-й степени с мечами и бантом, Св.Владимира 4-й степени с мечами и бантом. 16 мая 1915 г. он получил Георгиевское оружие «за то, что, состоя в 12-м Туркестанском стрелковом полку, 22 февраля 1915 г., руководя подготовкой ночной атаки укрепленной неприятельской позиции, расположенный на высотах между д.д. Пень-Поле и Буды-Сулковские, под сильным ружейным и пулеметным огнем преодолев проволочные заграждения в 4 ряда, атаковал 4-мя ротами эту позицию и, выбив штыками около 6-7 рот немцев, овладел ею и, несмотря на контр-атаки превосходных сил противника, удержал ее за собою». 13 июля 1915 г. герой был тяжело ранен, три дня спустя умер в санитарном поезде на пути в Минск и нашел последний приют на Минском Братском кладбище…

Известных поименно нижних чинов православного вероисповедания на кладбище похоронено 1769. Абсолютное большинство из них – русские, украинцы и белорусы по национальности, встречаются также грузины, армяне, латыши, евреи.


Вопреки распространенному мнению, кладбище не было исключительно православным. Два его участка – 4-й и 8-й – предназначались для погребения воинов-христиан других конфессий. На 8-м участке покоится 107 известных поименно нижних чинов римско-католического вероисповедания, на 4-м – 44 нижних чина евангелическо-лютеранского вероисповедания.

Хоронили на кладбище и неизвестных солдат. В списках РГВИА таких насчитывается 225 человек. Некоторые из них известны лишь по именам, другие – по воинской части, о некоторых не сохранилось никаких данных, кроме даты и места смерти.

В основном на Минском Братском кладбище покоятся пехотинцы – солдаты пехотных, гренадерских и стрелковых полков Русской Императорской армии (именно они несли наибольшие потери во время боевых действий). Представителей других воинских специальностей – артиллеристов, кавалеристов, саперов, - относительно немного. Иногда встречаются казаки, пограничники, мотоциклетчики, летчики, воздухоплаватели, шоферы, связисты. В то же время велик процент нижних чинов тыловых служб – хлебопекарен, полевых госпиталей, продовольственных и интендантских складов, обозов, конных запасов, караульных команд, этапных комендатур, команд выздоравливающих, полевых почтовых контор, вольнонаемных транспортов, гуртов скота, штабов разных уровней. Среди похороненных на кладбище велико число ратников пеших дружин Государственного ополчения и новобранцев из этапных маршевых частей, так и не успевших попасть на фронт. Больше всего среди погребенных на кладбище рядовых и ефрейторов, число унтер-офицеров, фельдфебелей и подпрапорщиков в разы меньше.

Списки погребенных на кладбище заполнены от руки и содержат в себе несколько позиций: фамилию и имя покойного; воинское звание и часть; дату смерти; место смерти (госпиталь, эвакопункт, обоз или иное). Для некоторых погребенных данные расширены и содержат также отчество, место рождения, причину смерти (ранение или болезнь), дату погребения на кладбище; для некоторых, напротив, содержат только фамилию, имя и дату смерти. Иногда сведения о погребенных дублируются.

Минское военное кладбище
Минское Братское воинское кладбище
 
Надо сказать, что списки РГВИА несвободны от ошибок, связанных, видимо, с недостаточной квалифицированностью заполнявших бланки писарей. Чаще всего встречаются ошибки в наименованиях воинских частей. В основном они легко проясняются (например, когда вместо правильного «242-й пехотный Луковский полк» написано «Луговский»), но бывают и загадки, которые теперь уже неразрешимы (например, «271-й пехотный Тобольский полк» - такой части не было, и имелся ли в виду 38-й пехотный Тобольский полк или же 271-й пехотный Красносельский, узнать уже невозможно). Иногда писари, заполнявшие бланки, явно смешивали стрелковые полки с пехотными, пешие дружины Государственного ополчения – с частями регулярной армии, и т.п. По возможности такие ошибки выправлены. Встречаются и разночтения в фамилиях (в одном списке – Емельчеев, в другом – Емельчугов, Лавренко и Лаврененко), датах и местах смерти, званиях (в одном списке – «звание неизвестно», в другом – рядовой). Очень редко, но попадаются и нечитаемые, написанные неразборчиво имена и названия воинских частей. Такие случаи оговорены особо.

Надеемся, что впервые публикуемые в открытом доступе списки офицеров и нижних чинов, погибших и умерших в 1915-16 г.г. и нашедших последний приют в минской земле, помогут нам лучше осознавать трагедию и величие нашей общей истории, а кому-то – узнать о судьбе своего пра-прадеда, павшего за Отечество во время Великой войны.
 
Вячеслав Бондаренко
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить